Сатирическое обозрение
Германия, 2026 год.
Немецкая железная дорога не может гарантировать, что поезд, отправляющийся сегодня, действительно прибудет вовремя завтра. Получить запись в ведомстве для оформления паспорта иногда сложнее, чем выиграть в лотерею. Строительство аэропортов, мостов и дорог способно растягиваться на годы.
Но в одном вопросе немецкие эксперты демонстрируют поистине швейцарскую точность.
Они, похоже, уже знают, когда начнётся следующая большая война.
Согласно многочисленным предупреждениям, Россия может достичь такого уровня военной мощи к 2029 году, что окажется способной атаковать территорию НАТО.
Слушая некоторые выступления, невольно возникает ощущение, что дата уже практически согласована.
Остаётся лишь уточнить детали.
Уважаемые российские товарищи, огромная просьба: если уж нападать, то будьте любезны прибыть точно по расписанию.
01 января 2029 года, 05:45 утра.
Немецкая бюрократия очень любит порядок.
Возможно, приглашение уже лежит где-нибудь в архиве:
„Уважаемое российское руководство! В целях оптимизации планирования просим начать вторжение не позднее 05:45. Более позднее прибытие может привести к организационным трудностям. С уважением, Федеральная Республика Германия.“
Конечно, задача военных заключается в анализе рисков. Для этого они и существуют. Военные должны думать о худших сценариях, а не о хорошей погоде.
Однако любопытно наблюдать, как предположение постепенно превращается в уверенность.
Сначала говорят:
„Теоретически это возможно.“
Затем:
„Это становится всё вероятнее.“
Потом:
„Мы должны срочно готовиться.“
И наконец создаётся впечатление, будто российские танковые колонны уже стоят за ближайшим лесом и лишь ожидают сигнала к старту.
При этом остаётся один неудобный вопрос.
Зачем?
Россия уже много лет ведёт тяжёлую войну на Украине. Огромные ресурсы задействованы. Экономика находится под санкционным давлением. Военные расходы растут.
И именно после всего этого Москва якобы решит вступить в прямое противостояние со всем Североатлантическим альянсом?
То есть с блоком, чья совокупная экономика превосходит российскую во много раз?
Это напоминает боксёра, который после двенадцати тяжёлых раундов внезапно объявляет, что теперь собирается подраться ещё и со всеми зрителями на трибунах.
Разумеется, Германия должна быть способна защищаться.
Разумеется, армия должна быть боеспособной.
Спор возникает не здесь.
Спор возникает вокруг другого вопроса:
Готовятся ли власти к возможной угрозе?
Или население постепенно приучают к мысли о неизбежной угрозе?
Потому что сегодня стратегическим объектом становится практически всё.
Мосты.
Автомагистрали.
Больницы.
Электростанции.
Железные дороги.
Склады.
Логистические центры.
Оперативный план Германии, известный как OPLAN, рассматривает страну прежде всего как огромный транспортный узел НАТО.
Это вполне логично с географической точки зрения.
Но иногда создаётся впечатление, что речь идёт уже не о подготовке к гипотетическому сценарию, а о подготовке к заранее назначенному мероприятию.
Вероятно, именно так сегодня работает политика безопасности.
Берётся возможный сценарий.
Он повторяется снова и снова.
Получает всё более конкретные даты.
И спустя несколько лет начинает звучать как железнодорожное расписание.
2027 год:
„Угроза растёт.“
2028 год:
„Угроза растёт ещё быстрее.“
2029 год:
„Угроза непосредственна.“
2030 год:
„Угроза была успешно предотвращена благодаря дополнительным 300 миллиардам евро расходов.“
А если ничего не произошло?
Это автоматически считается доказательством того, что все предупреждения были абсолютно правильными.
Удобная конструкция.
В конце концов остаётся простой вопрос.
Если кто-то способен достаточно точно назвать предполагаемый год будущей войны, то, возможно, он должен столь же убедительно объяснить, какую именно выгоду Россия получит от подобного шага.
Потому что между фразами:
„Россия потенциально может представлять угрозу“,
и
„Россия практически готовится к нападению“,
лежит огромная дистанция.
Первое является военным анализом.
Второе иногда начинает напоминать анонс фильма-катастрофы, премьеру которого обещают уже много лет, но который почему-то всё никак не выходит на экраны.
